Neue Seite 104

№ 99

Письмо кардинала дю Белле к коннетаблю Монморанси

Рим, 12—15 декабря 1547 г.

Монсеньер, вчера я более чем подробно написал королю о том немногом, что имел ему сообщить. Мое письмо пошло обычным путем, и у меня более нет ничего, кроме одной вещи. Я не хочу повторять прочее, но об этом должен сказать. Дело в том, что я уже писал вам о предложенных мне способах отомстить за Пьяченцское дело. 1 В том, что касается прошлого, я отсылаю к моим письмам, а о настоящем соблаговолите узнать, что я не сумел удержать и успокоить обещаниями тех, кого хотел удержать, 2 так что в конце концов некоторые из них из-за своей хорошо известной вам итальянской крови бросились в объятия кардинала Фарнезе, предлагая, суля и т. д. Правда, они сохранили ко мне все возможное уважение, и, когда речь зашла о том, что сперва они обратились ко мне, как к слуге короля, давно им известному, стараниями которого этот заговор поддерживался в течение месяца, они сказали ему (т. е. кардиналу Фарнезе, — Ред.) об этом 3 и, кроме того, заявили, что, не задевая своей чести, а также чести знатных особ — ваших слуг, которые ради вас обратились ко мне, они не могут и не должны без договоренности со мной сделать то, чего он потребовал, а он [пожелал] немедленно и тайно отправить их для приведения в исполнение этого замысла. Судя по их словам, он сделал вид, что весьма одобряет, чтобы дело было проведено нами совместно, и чрезвычайно их хвалил за добросовестность, с которой они ко мне относятся, наговорив еще по этому поводу много хороших вещей, о которых, как он им сказал, хочет побеседовать со мной по секрету и узнать мое мнение, а затем немедленно их (т. е. заговорщиков, — Ред.) отправить. Я подожду и узнаю, монсеньер, что он сделает и скажет, и очень рад, что дело несколько затягивается, потому что, как мне кажется, я понял из некоторых слов, сказанных мне г. де Гизом, что в зависимости от ответа короля на то, что он собирается ему написать, он (т. е. Гиз, — Ред.) примет с нашим святым отцом решение относительно того, о чем ему следует или о чем не следует договариваться с его святейшеством. Если он решит, что будет с ним договариваться, наилучшим было бы произвести этот захват Пьяченцы после [заключения] договора, ибо [делать это] до того представляется мне менее удачным. Основываясь по-прежнему на своем опыте прежних лет и черпая свои суждения в источнике, вытекающем из вашего родника, я считаю, что правители руководствуются своими интересами более, чем какими-либо другими. Исходя из этого, я опасаюсь, что когда Фарнезе тем или иным путем восстановятся в своих владениях, 4 они будут помышлять о своих делах больше, чем о наших, по каковой причине я сделаю все возможное, чтобы заставить помедлить тех, кто хочет приложить руку к этому делу, относительно которого, как я уже вам писал, имеются довольно хорошие перспективы. Но я вменил бы себе в вину, если бы скрыл от вас, что граф Угарионо Рангоне обладает наибольшими возможностями для этого дела, и его, как человека хорошего поведения и больших замыслов, покойный король содержал и выплачивал ему пенсию в размере 3 тысяч ливров, на что он имеет должным образом оформленные документы. Он собирался ехать ходатайствовать перед королем насчет этого, но я задержал его в Пьяченцском округе, дабы использовать для вышеназванного дела, когда упомянутый сеньор [король] прикажет, а также потому, что, как мне кажется, в намерения короля не входит, чтобы к нему являлось много людей с просьбами. В соответствии с тем. как пойдут указанные выше дела, и в случае, если они окажутся таковыми, что не будет времени ждать ответа короля, я сообщу ему отсюда о том, что он должен сделать в этом отношении для королевской службы, то есть я устрою так, чтобы ему сообщили это господа Гиз и де Жье, с которыми я сегодня не имел возможности углубить эти соображения из-за их занятости, ибо, как я знаю, они готовят депешу для курьера. Соблаговолите, монсеньер, передать все это упомянутому сеньору [королю], ибо, как мне кажется, дело заслуживает того, чтобы ему о нем сообщить. Фарнезе все еще пребывает в надежде, о коей я вам раньше писал, но полагаю, что если господа де Гиз и де Жье заключат договор [с папой], они найдут способ удовлетворить его, и это им будет тем легче сделать, что папа принимал и принимает участие в делах упомянутого Фарнезе и что для воздействия на его святейшество ловко и без малейшей огласки используются благоразумные и влиятельные лица. 5

Вот уже три дня, как я задерживаю это письмо, ожидая чтобы г. де Гиз отправил курьера. Тем временем был выслушан в консистории посол императора, о чем, как я полагаю, упомянутый монсеньер де Гиз сообщит подробно, что позволяет мне сократить мое письмо. Заверяю вас, монсеньер, что на этом [заседании] консистории упомянутый сеньор де Гиз превзошел и свой возраст и мои ожидания, хотя я ждал от него немалого, судя по тому, как со времени своего приезда он себя проявил. Упомянутый посол и его коллега слишком плохо вооружились доводами, чтобы произвести впечатление на главу и большую часть членов этого собрания. Мой сосед считал, что следовало бы скорее плакать, чем говорить. Если бы у меня была с собой луковица, чтобы вызвать у него слезы, я бы ему ее предложил. Вот глупец! Многие говорят, что император под предлогом сопровождения ландграфа 6 в Милан перебросит 1200 кавалеристов в Савойю, не знаю, куда именно. Сегодня вечером я обнаружил записку, оброненную одним из слуг упомянутого сеньора [императора], в которой значится то же самое, и я пересылаю ее вам в том же виде. Нижайше вверяю себя вашей благосклонности. Из Рима, 15 декабря.

Ваш смиренный друг и преданный слуга Ж. кардинал дю Белле.

Т. 9, лл. 320-321


Комментарии

1 Имеется в виду убийство герцога Пьяченцского и захват Пъяченцы испанцами.

2 См. конец № 59, где речь идет о проекте переворота в Пъяченце.

3 Т. е. о том, что сперва они собирались осуществить захват. Пьяченцы при помощи Франции, для чего обратились к кардиналу дю Белле.

4 Пьяченца принадлежала дому Фарнезе.

5 Далее до конца письма автограф дю Белле.

6 Речь идет о ландграфе Гессенском.