Neue Seite 103

№ 121

Письмо графа Танда к Екатерине Медичи

Вильнёв, 22 ноября 1563 г.

Государыня, как через капитана Пелисье, так и из моих предыдущих писем, отправленных королю и вам, ваши величества могли узнать о жалком положении дел в этой области, которое с тех пор нисколько не изменилось; постоянно в различных местах этой области происходят бесконечные убийства и другие насилия и беспорядки, за каковыми не следует ни расправы, ни наказания, ибо без военных сил я не могу [331] принять меры и исправить это, как требовалось бы и как я желал бы. Видя, что я лишен этих сил, на меня совершенно не обращают внимания, а к эдиктам его величества все относятся с пренебрежением и презрением, даже те, кто обязан препятствовать тому, чтобы они нарушались. Считаю своим долгом довести это до сведения вашего величества, дабы вы знали, в каком состоянии находятся здесь дела, и, если вам будет угодно, прислали мне военные силы, чтобы заставить здесь высказывать подобающие вашим величествам уважение и повиновение. Я употреблю эти силы для выполнения своего долга так, что вашим величествам станет ясно, что я не забыл и не упустил ничего из того, что касается блага их дел и службы, ибо не от меня зависело и зависит, чтобы все шло в соответствии с вашими волей и намерением, и я надеюсь, что ваше величество когда-нибудь лучше узнает, откуда проистекает зло. Что касается отношений между моим сыном де Соммеривом и мной, то я вам скажу, государыня, что хотя по повелению вашего величества я сделал больше, чем был должен, забыв (дабы исполнить ваше упомянутое приказание) все несправедливости и обиды, которые он мне причинил, хоть они и были велики и пагубны, однако он до сих пор не хочет как должно исправиться, продолжает по отношению ко мне действовать все хуже и хуже и до сих пор не вернул мне имущества, которое он захватил в пути, когда оно перевозилось из Мариньяна в этот мой дом [в Вильнёве]. И чтобы еще больше показать мне свой злой умысел, когда я на днях написал тому, кто управляет моими делами в упомянутом Мариньяне, чтобы мне прислали кое-какое имущество и вино в этот мой дом (так как я узнал, что герцог Савойский и герцогиня хотят оказать мне честь приехать сюда на несколько дней), и это письмо попало в его руки, он задержал его и приказал забрать зерно и все, что было в упомянутом доме в Мариньяне, и таким образом я не могу даже распорядиться своим имуществом из-за чинимых им препятствий. По этому вы можете судить, государыня, есть ли у меня причина жаловаться на него или нет. Продажа одной из моих должностей, которую я произвел в прошлом году, была сочтена предосудительной, но к ней меня вынудила необходимость, и если нынешний образ действий по отношению ко мне не изменится, придется продать еще одну, к чему я вовсе не хотел бы прибегать, но, не имея возможности располагать своим имуществом, я, к моему величайшему сожалению, буду вынужден это сделать. Смиреннейше молю вас, государыня, верить, что я жалуюсь вовсе не без причины, и оказывать мне всегда вашу милость. Сейчас я уведомляю короля о совершенном жителями Сен-Тропеза захвате турецкого галиота, причинившего много убытков вашим подданным на этом побережье. Поскольку я уверен, что вам также будет угодно посмотреть мое письмо, я не буду вам сообщать остального, чтобы не докучать вашему величеству повторениями.

Государыня, молю создателя, да дарует он вам в совершенном здравии очень долгую и счастливейшую жизнь. Из Вильнёва, 22 ноября 1563.

Собственноручная подпись: Ваш смиреннейший и покорнейший подданный и слуга Клод де Танд.

[На обороте 2-го листа: Королеве.

Другой рукой XVI в.: Господин граф де Танд, XXII ноября 1563 г.]

Авт. 109, № 25.