Neue Seite 170

№ 163

Свидетельство, выданное штурманом В. Ф. Барановым Кият-хану о помощи, оказанной им экипажу потерпевшего кораблекрушение шкоута “Св. Иоанн”

1 июня 1822 г.

Дано сие челекенскому владетелю хану Киятову (Имеется в виду Кият-хан (он же Кият-бек, Кият-ага)) в том, что прошлого 1821 г. от Комитета учреждений в Астрахани по пересылке казенного провианта на вверенном мне по распоряжению начальства шкоуте “Св. Иоанн”, принадлежащем из персиан купцу Аджи Абдуллаеву, транспортировал я морем в крепость Дербент для сухопутных войск провиант: во время этой транспортировки означенный шкоут унесло противными сильными бурями к туркменским берегам, где между Кара-Бугазским и Красноводским заливом от жестоких бурь и штормов потерпел крушение, шкоут выкинуло близ берега на мель, разбило. Сие случилось 30 ноября 1821 г. (Подробности о спасении челекенскими туркменами экипажа шкоута “Св. Иоанн” см. ЦГИА ГрузССР, ф. 2, оп. 1, д. 1003, лл. 5, 12, 13—14, 33, 35; Госархив Оренбургской области, ф. 6, оп. 10, д. 2697, лл. 1, 2, 5, 8—10, 13—16 и т д.).

В таком несчастном случае, зная, что на этом месте, где выкинуло и разбило шкоут, обитают хищные народы, и известно было, что оттоль не слишком далеко на Нефтяном (Челекенском) острове проживает преданный к российскому начальству Кият-хан, решился я с унтер-офицером и одним матросом на двухвесельной будерке, бывшей при шкоуте, пуститься морем в путь 10 декабря и по милосердию божию 19-го числа того же месяца достиг благополучно Челекенского острова, где явился к хану Кияту с просьбой о принятии соучастия в помощи к спасению шкоутского экипажа.

Хан Кият, лишь только выслушав предложение мое, немедля собрав четыре киржима с 60 человеками вооруженными, из числа подданных своих туркмен, отправился сам лично с сыном своим Кадыр Мамедом, взяв и меня с помянутыми людьми, к месту погибшего шкоута; там по прибытии нашем [оказалось] хищных хивинских подданных вооруженных туркмен более пятисот человек, коими бывший на шкоуте провиант весь разграблен и команда, бывшая на берегу, заключающая семь человек матросов и одного рядового дербентской инженерной команды, взята в плен.

Кият-хан, видев такое множество народа, в невозможности приступить к взятию от них награбленного силой, но старался просил убедительно и даже с угрозой требовал возврата, наконец, просил их, хотя бы выдали ему людей пеших, взятых ими в плен, почему из числа восьми обратили только два человека матросов и с тем возвратились в Челекен, где я с четырьмя человеками шкоутной команды, спасшихся от кораблекрушения и плена, находились под покровительством его, Кият-хана, с 26 декабря 1821 г. по 1-ое число июня 1822 г. который по душевному к нам расположению содержал нас собственным своим иждивением как пищей, так и одеждой, имел об нас попечение, вспомоществуя во всем, так что во время приключившейся мне от простуд тяжелой болезни он сам лично пользовал меня следующими средствами: 1) производил тузлучные пары, 2) почерневшие и распухшие ноги исчерчением бритвою на теле больных мест с натиранием мелкой солью и 3) приложением каленым железом, через каковые [249] средства получил я скорое облегчение и совершенно, при помощи божией, попечением его, Кият-хана, освобожден от смертельной болезни. После этого он ныне отправляет меня с упомянутыми унтер-офицерами и тремя человеками матросов на шкоуте, бывшем там на рыболовстве, в крепость Баку.

Итак, я, по неограниченным благодеяниям и покровительством его, Кият-хана, спасен от хищнического плена и от смертельной болезни, то в обязанность себе поставлю все это изъяснить в свидетельстве и выдать оное ему, хану Кияту, за своей подписью.

Местечко Челекен. Штурман Василий Федоров Баранов.

АВПР. ф. гл. архив 1—9, д. 12, лл. 52—54

Подлинник