Neue Seite 71

№ 356

Рапорт командующего Отдельным оренбургским корпусом военному министру об окончании работ экспедиции генерального штаба полковника В. Д. Дандевиля и о результатах рекогносцировки восточного побережья Каспийского моря

16 сентября 1859 г.

Имею честь довести до сведения вашего высокопревосходительства, что начальник экспедиции к восточному берегу Каспийского моря генерального штаба полковник Дандевиль 13-го сего сентября благополучно возвратился в Оренбург вместе с чинами, при нём находившимися.

Донесения его от 4, 14 и 20-го чисел минувшего августа были посланы через Астрабадскую морскую станцию и до сего времени мной не получены, потому что доставляются на почтовых пароходах через Астрахань.

В ожидании составления к следующей почте подробного по сему донесения я имею честь представить вашему высокопревосходительству краткое изложение результата действий экспедиции после отплытия её из Красноводского залива на барже № 4 для снятия южной части восточного берега высадкой в более замечательных местах, о чём я имел честь доносить (См. док. № 354) вашему высокопревосходительству от 26 августа за № 1410. Съёмочные работы произведены полковником Дандевилем на [488] Огурчинском острове, на Зелёном бугре, потом на Серебряном бугре при устье реки Гурген, на прибрежьях Гасан-Кулийского залива и на Белом бугре. Осмотр этих местностей удостоверил в невозможности устроить приморское укрепление на восточном берегу иначе, как в Красноводском заливе на выбранном полковником Дандевилем пункте; решительные и благоразумные меры, принятые начальником экспедиции, совершенно исправили неожиданную неудачу, постигшую ее в Красноводском заливе. По настоятельному требованию полковника Дандевиля возвращены ему трое нижних чинов, захваченные туркменами, а за всех отбитых ими верблюдов и лошадей уплачено по 30 рублей серебром за голову, то есть всего 3808 рублей, что послужит им самым чувствительным уроком на будущее время.

Вследствие этого туркменские аманаты отпущены полковником Дандевилем на острове Челекен.

Кроме того, в наказание за нападение, сделанное жителями Чикишлярского аула на отряд полковника Дандевиля, в то время как он возвращался к берегу от Белого бугра, аул этот взят и сожжен после довольно упорной обороны его туркменами, равно уничтожены 50 лодок, находившиеся близ аула с различными запасами, что, по отзыву самих туркмен, принесло им убытка до 40 тыс. рублей ассигнациями.

Полковник Дандевиль употреблял всевозможные меры для охранения мирных отношений с туркменами, несмотря на их постоянное вероломство и измену: но последняя дерзость их, произведенная во время переговоров о возвращении туркменских аманатов, вынудила его наказать их примерно, тем более, что начальник Астрабадской морской станции в минувшем июле месяце сам обращался к чрезвычайному посланнику нашему в Тегеране с просьбой о разрешении наказать туркмен за усилившиеся бои в юго-восточной части моря и Астрабадском заливе и для этого просил об усилении средств морской станции. Это наказание Чикишлярского аула было необходимо и вполне заслужено туркменами, потому что они атаковали съёмочный отряд полковника Дандевиля, несмотря на то, что он два раза уведомлял их о мирной цели экспедиции и предупреждал, что за враждебные их к нам действия они будут непременно наказаны.

Во время пребывания на Ашур-Аде, полковник Дандевиль предъявил капитан-лейтенанту Лихареву о намерении своём освободить пленных персиян, виденных им на нефтяных приисках острова Челекен, то же самое сообщил он и консулу нашему в Астрабаде, куда ездил, чтоб ближе ознакомиться с отношениями персиян к туркменам. Предположение полковника Дандевиля было одобрено означенными лицами и найдено совместным с их собственными действиями; поэтому полковник Дандевиль зашел на обратном пути на остров Челекен и выручил из неволи 32 персиянина, там оказавшихся; остальные были увезены с острова после отбития хищниками табуна экспедиции в Красноводске. Персияне эти отправлены в Астрабад через Астрабадскую морскую станцию, при донесении полковника Дандевиля г-ну действительному статскому советнику Аничкову и отношении к астрабадскому консулу.

Во время пребывания в Астрабаде полковник Дандевиль поменялся визитами с тамошним визирем и бальюзом (дипломатическим чиновником), которые пожелали его видеть, чтобы удостовериться, справедливы ли слухи, ходившие в Астрабаде, о завоевательных действиях: экспедиции, пришедшей будто бы в Туркмению в значительных силах. Полковник Дандевиль при посредстве консула успокоил обоих сановников, не объяснив им, впрочем, нисколько цели экспедиции. [489]

Находя все действия полковника Дандевиля совершенно сообразными с положением, в котором он находился, с данной ему инструкцией, с теми сведениями об отношениях к нам туркмен, которые он получил в Астрабадской станции, а также находя, что цель рекогносцировки, состоявшая в осмотре восточного берега Каспийского моря и выборе пункта для укрепления с факторией, достигнута, — я вполне одобрил эти действия, совершенно благоразумные и, где следовало, в должной мере энергические, а поэтому имею честь покорнейше просить ваше высокопревосходительство исходатайствовать мне высочайшее разрешение на представление к наградам лиц, участвовавших в экспедиции, как за труды и лишения, ими понесенные, так и за отличие в делах с туркменами.

Между тем считаю долгом заявить теперь же вашему высокопревосходительству моё убеждение, родившееся вследствие затруднительности положения экспедиции в продолжении некоторого времени в Красноводском заливе, когда я не мог подать ей отсюда не только никакой помощи, но не имел даже возможности доставлять вовремя мои предписания.

Оставаясь при том мнении, что устройство укрепления в Красноводском заливе крайне для нас необходимо и полезно в видах политических и торговых, я полагаю, что исполнение этого предприятия будет удобнее, скорее, дешевле и успешнее средствами Кавказской армии, нежели средствами Оренбургского корпуса.

В распоряжении г-на наместника кавказского находятся уже: флотилия, необходимые войска и денежные средства, то, кроме того, исполнение предприятия оттуда будет иметь преимущество по близости расстояния Красноводского залива от Баку и нахождению там конторы и главного склада Закаспийского торгового товарищества, которое, без сомнения, примет участие в торговом движении, имеющем открыться по совершенно новому пути.

Изложенное здесь мнение я буду иметь честь развить в последующих донесениях моих вашему высокопревосходительству по сему предмету (В рапорте А. А. Катенина военному министру Н. О. Сухозанету подробно изложен ход экспедиции полковника Дандевиля (см. ЦГВИА, ф. 483, д. 52, лл. 1—35)) по получении более подробных сведений об экспедиции капитана 1-го ранга Бутакова к устью Аму-Дарьи, которая находится, по моему мнению, в связи с предположением о занятии Красноводского залива.

Генерал-адъютант Катенин

ЦГВИА, ф. 422, д. 1823, лл. 34—39.

Подлинник.